Дело было в середине 90‑х, когда я познакомился со своей будущей женой. Она недавно получила водительские права, и ее папа специально купил ей недорогой автомобиль ЗАЗ «Таврия», чтобы она «научилась ездить»…
Редакция
Кто такое ему посоветовал — не знаю, но ездить на «Таврии» она так и не смогла. Механическая коробка передач там была явно не для девушек: их переключение требовало немалых физических сил, определенной сноровки и отвлекало от дороги так, что это было опасно. Поэтому за рулем чаще был я, но любая поездка всегда становилась экспериментом. Заведется ли «Таврюша», сломается или нет? Так однажды в дождливую погоду, проехав по луже, она просто заглохла на ходу. Блок реле вышел из строя или что-то еще — точно не скажу, зато до сих пор помню, как я вымок под ливнем и промерз, пока пытался остановить кого-нибудь, чтобы нас дотащили буксиром до дома. Примерно так мы пережили зиму и, надо сказать, после московской соли и слякоти кое-где стала проступать ржавчина.
Я уже окончил институт и целый год трудился, невеста стала моей женой. И как только удалось заработать какое-то количество денег, я решил привезти из Германии хоть и подержанный, но «Мерседес»! 190‑й был автомобилем-мечтой моего детства: постер из немецкого журнала висел у меня дома. Но никаких историй с ним не было, лишь восхищение и сплошное удовольствие. Особенно после «Таврии», на которую тесть захотел теперь посадить тещу, только что сдавшую на права, чтобы «научилась ездить». Родители жили на юге России, и мы погнали несчастную «Таврию», решив проехать 1600 км без остановки на ночлег. Больше всего мы боялись встать в чистом поле по причине какой-нибудь поломки, и вот уже четверть пути позади, все хорошо, мы заезжаем на АЗС. Я, быстро заруливая, словно «Формула-1» на пит-стопе, сдаю задом и вдруг утыкаюсь во что-то невидимое, но с характерным звуком удара железом. Да, невеликая обзорность маленьких зеркал и мой такой же небольшой тогда водительский стаж не позволили увидеть стоящий низенький прицеп, о который я размолотил задок «Таврюши». Да так, что крышка багажника перестала закрываться, вылетели и повисли на проводах задние фонари, а фары не светили, только «габариты» не погасли. Вечерело, но мы решили-таки ехать, обмотав крышку багажника и прилепив фонари скотчем.
Когда стемнело, чтобы держаться дороги, я старался «сидеть на хвосте» у впереди идущих машин, а если они отрывались от нас, нужно было изо всех сил всматриваться в темноту, насколько могли светить габариты. И все-таки один раз пришлось резко дать по тормозам, когда в последний момент я чуть не въехал в тихо едущую по краю дороги, безо всяких габаритов и катафотов повозку, запряженную осликом. Не знаю, кто из нас в ту ночь был упрямее и тупее, но где-то около двух часов ночи меня начало «рубить», вопреки моему твердому настрою, сознание незаметно перескакивало из этой жуткой реальности в сладкие сновидения. И в какой-то момент я вздрогнул и очнулся оттого, что машину затрясло по неровностям обочины, еще секунда — мы бы улетели в кювет…
В общем, пришлось еще не раз остановиться и подолгу умываться холодной водой. Но к полудню следующего дня доехали мы до родительского дома, подогнав теще вот такой сюрприз. Подарок уже ждали. Когда мы подъехали, у дома стояли не только родственники, но и соседи. Сцена получилась несколько театральная, проще сказать — немая. Мама моей супруги царственно удалилась в дом. А соседи стали мне выговаривать, как же можно такое грязное ведро с гайками презентовать любимой теще. Позже мы отогнали многострадальную «Таврию» в местный автосервис, где ее две недели приводили в порядок: заделывали вмятины и царапины на кузове, удаляли ржавчину, шпаклевали, красили, заменили фары и многое под капотом… Когда автомобиль вышел из ремонта и его бока заиграли свежей краской, теща смилостивилась и простила меня за унижение перед соседями. Однако научиться ездить на «Таврии» так толком и не смогла — коробка передач у машины точно не для девочек! Но подарок при случае она припоминает мне до сих пор.
Игорь Тарханский, Москва
Историй о первых автомобилях-иномарках написано много. Об импортных мотоциклах рассказов почти нет, поэтому поведаю о своем соседе, дяде Славе — владельце «Явы». Зимой он все свободное время проводил в коридоре нашего семейного общежития. Жили мы на первом этаже, там он ставил свою вишневую ласточку. Соседи у нас тогда были безлошадными, это начало семидесятых. Один дядя Слава с мотоциклом. Окружающие хранению мототехники в коридоре не препятствовали — дети со всех этажей всегда торчали рядом с ним, помогая в меру сил возиться с его иномаркой. В награду он давал посидеть за рулем «Явы» каждому из добровольных помощников. Дядя Слава чем-то напоминал киношного Савранского из «Покровских ворот»: все делал молча, выказывая свою удаль лишь филигранной ездой на мотоцикле. А еще он безвозмездно помогал всем соседям. Отвозил некоторых из наших пап на поезд. Как курьер доставлял друзьям и знакомым небольшие посылки. Даже помогал вывозить картошку с дачных участков в рюкзаке. Наши мамы украдкой совали ему мятые трешки и угощали домашней стряпней. Словом, он был наш общий «добрый фей». Апофеозом такой помощи стал практически цирковой трюк: однажды он помог соседу отвезти в гаражи у тогдашнего МКАДа крышу для машины-перевертыша «Москвич-403». Товарищ тот был занят восстановлением этого раритета, для чего по большому блату приобрел новую черную крышу. Она была куплена в Кузьминках, а как ее доставить к объездной? Дядя Слава, услышав, что дело стоит из-за сущего пустяка, предложил перевезти крышу на мотоцикле, но вечером, чтобы не злить гаишников. Так и поехали: дядя Слава за рулем, сзади сидел тот парень-автомобилист, держа за веревки перед собой крышу «Москвича», как большой щит. Думаю, парусность у мотоцикла была жуткой, но они добрались до гаража! Почти пару кварталов мы, мальчишки, провожали на велосипедах этот необычный трюковой номер. Прошло уже 50 лет. Давно нет нашего общежития и дяди Славы, но каждую весну я тихонько говорю в небо: «Ну, дядь Слав, с открытием сезона тебя!»
Н. С. Колосков, Москва